для слабовидящихнормальная
РЕКТОР ШКОЛЫ-СТУДИИ МХАТ — ИГОРЬ ЗОЛОТОВИЦКИЙ

Адрес: Тверская улица, дом 6, стр. 7.
Телефоны: +7 495 629-32-13 (приемная ректора)
+ 7 495 692-41-67 (касса учебного театра)
E-mail: public@mxat-school.ru

| не хлебом единым |

Не хлебом единым

Нина Агишева, Правда, 22.02.1987
Некоторое время тому назад довелось беседовать с одним известным артистом. Он с горечью заметил, что в последние годы наша общественная жизнь напоминала грузинское застолье: все дружно славословили, соблюдая ритуал и не задумываясь о том, насколько торжественные восклицания соответствуют реальному положению дел. Тогда это высказывание не попало в интервью — сравнение кому-то показалось слишком сердитым. Вспомнила я о нем совсем недавно на премьере спектакля Художественного театра по пьесе А. Галина «Тамада».

На сцене свадьба. Все, как полагается в наши дни: цветы, шампанское, вечер в банкетном зале ресторана, столы ломятся от закусок, поет певица, гости танцуют. У администратора в руках сценарий: тост, 3-4 минуты на еду и опять — музыка. Глядя на сцену, вы видите, что официанты воруют. Малознакомые друг с другом гости быстро хмелеют, и в воздухе пахнет дракой. Невеста не смотрит на жениха, а всех оглушающие песни столь же пошлы, сколько и необязательны. Наконец, появляется"штатный тамадам Гиви, он же Гена, неудавшийся актер, зарабатывающий на жизнь тем, что с неотразимой улыбкой произносит на чужих пирах заздравные речи. Вы видите все убожество этой свадьбы так ясно, что у вас сжимается сердце. Вам смертельно хочется, чтобы что-то наконец произошло, нарушило это мучительное косноязычие чувств и мыслей, слов и поступков. Ведь на свадьбе — люди! Отчего же, собранные вместе, они выглядят так жалко?
Надо сказать, что вокруг свадеб сегодня вообще происходит много неожиданного. Вспоминается газетный очерк, в котором рассказывалось, как тщательно подготовленное богатое застолье не решились отменить даже по причине внезапной кончины отца невесты. Жених из «Тамады» продает самую ценную свою вещь — библиотеку фантастики, которую начал собирать еще в детском доме, чтобы оплатить присутствие на своем вечере знаменитого —«штатного тамады».
…Меняются наши праздники. Уходят из них искренняя радость и раскрепощенное веселье, высокий настрой и окрыленность. Их все чаще заменяют «дефицит» на столах да «нужные люди», важно за этими столами восседающие. 
Долгие годы занятые решением проблем масштабных, глобальных (помните, даже в песнях наших яблони цвели не где-нибудь, а на Марсе!), мы гораздо меньше уделяли внимания другой стороне жизни — личной, интимной. Рассуждали едва ли не так: семья, культура чувств, культура общения, праздник, наконец? Да что тут мудрствовать — право же, дело нехитрое! Оказалось, что не так, что все со всем связано. Вот и подходит теперь к личным «Жигулям» сытый и одетый во все фирменное человек, нравственный и духовный уровень развития которого ниже, чем у его неграмотных и голодных предков. Или сидят перед всей страной па телевизионной «лестнице» рослые старшеклассники, на чьих юных красивых лицах написано такое презрение ко всем на свете памятникам истории и прочим «преданьям старины глубокой», что оторопь берет. И хочется немедленно создать еще один фонд культуры — по спасению и охране не соборов и рукописей, а душ человеческих, напрочь забывших, что не хлебом единым жив человек, что есть на свете Красота, которую ни за какие деньги не купишь, но которая просветляет нашу жизнь, придает ей высокий смысл.
В новом мхатовском спектакле «Тамада» атмосфера фальши, пошлости происходящего воссоздана режиссером К. Гинкасом, художником Д. Боровским и актерами не просто тщательно, но - страстно, с болью. На этой свадьбе на подмостках все «играет»: от сложного контрапункта взаимоотношений двух ресторанных музыкантов до «цыганочки», исполняемой немолодыми гостями, от чуть слышных реплик за столом до наглой повадки официантов. Здесь присутствует то самое подлинное сценическое действие, о котором Станиславский писал: «В то время как внешнее действие на сцене забавляет, развлекает или волнует нервы, внутреннее заражает, захватывает нашу душу и владеет ею».
Трудно и несправедливо выделять кого-либо из более чем пятидесяти актеров, занятых в спектакле, — работа каждого одинаково важна для достижения творческих целей постановки, напоминает о дорогом мхатовском понятии — ансамбле. Но есть и солисты. Явные — как Е. Васильева и А. Калягин, плетущие тончайшую психологическую вязь любви-ненависти, что соединяет двух не слишком молодых и удачливых людей — ресторанную певицу и ее аккомпаниатора. И менее заметные внешне, но столь же значительные внутренне, как, скажем, В. Фокин и О. Барнет, жених и мать жениха.
Смысловой пик постановки приходится на тот момент, когда в невольное соревнование вступают два тамады — ничего не подозревающий Реваз (И. Смоктуновский), друг отца невесты, приехавший из Грузии на торжество с открытым сердцем, и уже знакомый нам Гиви (В. Симонов). Выясняется, что искренние слова Реваза об уважении к родителям, о памяти человеческой никому не нужны. Все хотят слушать одного лишь победительного Гиви, выпаливающего пошлейшие четверостишия «по случаю». Вот он, стереотип-лидер в глазах не такой уж малой части молодежи: элегантен, обаятелен, самоуверен и без комплексов. Врать для него так же легко, как дышать. Совестливость, прямота здесь не в почете — и только ли их, молодых, тут вина?
Важный элемент оформления спектакля — огромное зеркало, в котором отражаются и бокалы, и закуски, и актеры — свадебные гости, и зрители. Прием не новый, но на этот раз бьющий без промаха. Кто, из нас не сидел на подобных дежурных торжествах, в душе кляня себя за даром потраченное время, а въявь любезно улыбаясь и даже выдавливая из себя приличествующие моменту фразы, похожие на круглые голые камешки с морского пляжа. Кто не говорил или не думал: пусть и у моих детей все будет не хуже, чем у других. Все, как полагается, как принято. Впрочем, стоп! Задумаемся: кем и когда приняты эти вот образцы поведения, мышления за единственно «приличные»?
Увы, не так уж давно стали привычны в нашей печати статьи, защищающие честь и достоинство несправедливо обиженных людей, правдолюбцев, отказывавшихся идти на компромиссы и за это пострадавших. Это сегодня их - да и то пока не всех — восстанавливают на работе, им пишут благодарные письма. А вчера, бывало, над ними открыто торжествовали те, кто искал не правду, а выгоду. И находил. Все это происходило на глазах наших детей. Появились люди, для которых честность и доброта стали уже не престижны. Идеалы для них потеснила «фирма». Какой там праздник, когда прямо на свадьбе в «Тамаде» юная гостья носится как угорелая, одалживая у гостей по десятке, — уборщица ресторана продает фирменные босоножки! И одними призывами доверие к высоким понятиям не вернешь. Понятия эти — честь, совесть, интеллигентность, культура — должны в действительности занять подобающее им место, сегодня еще нередко занятое другими «ценностями». Для этого нужно многое, в том числе и привычка называть вещи своими именами.
На эту тему Ион Друцэ написал интересную пьесу-притчу «Рыжая кобыла с колокольчиком». Там в село приезжает комиссия и ведет расследование, называя изображенную на рисунках старую клячу ланью редкой породы. Кто-то с этим охотно соглашается (начальству виднее!), кто-то нет. Но, наконец, раздается громкий человеческий голос: да какая же это лань — просто рыжая кобыла! Лишь после этого людям становится легче дышать.
…А в «Тамаде» все еще отплясывает свое свадьба. Появляются новые гости — молодые люди, танцующие в популярном сегодня стиле «брейк». Движения их откровенно механистичны, они демонстрируют завидное умение — некоторых прямо-таки не отличишь от кукол на шарнирах. Принужденность и неискренность, царящие в банкетном зале ресторана, достигли, кажется, своего апогея. И всплывают в памяти слова поэта: «Что там в груди колотится пойманной партизанкою? Сердце, нам безработица. В мире — роботизация». И его же отчаянное, метафорическое «небом единым жив человек». Похоже, сейчас самое время об этом вспомнить.
* * *, Челябинский рабочий, 28.05.1988
«Билокси-блюз» по дороге на войну, Алексей Аджубей, Московские новости, 27.12.1987
Не хлебом единым, Нина Агишева, Правда, 22.02.1987
Колоратурный контрабас, Мария Седых, Литературная газета, 28.01.1987
Групповой портрет с тамадой, Сергей Николаевич, «Неделя», № 4 (1400), 1987
«Горько!», Юлий Смелков, Московский Комсомолец, 28.12.1986
Премьеры будущей недели, Вечерняя Москва, 25.10.1986
Подвергай себя сомнениям, Советская культура, 5.07.1986
Несколько личных вопросов, Московский Комсомолец, 30.12.1984
Выбираю роль болельщика, Советская культура, 2.02.1984
Верить и побеждать, Нинель Исмаилова, Известия, 16.11.1983
Покоряющий образ вождя, Г. Терехова, Советская культура, 6.11.1983
Жажда и радость работы, Советская Эстония, 7.07.1983
Слабый человек. И это все?.., Александр Свободин, Литературная газета, 2.03.1983
Слабый человек. И это все?.., Александр Свободин, Литературная газета, 2.03.1983
Трагедия честного человека, Юрий Дмитриев, Литературная Россия, 28.01.1983
Трагедия честного человека, Юрий Дмитриев, Литературная Россия, 28.01.1983
Великая радость творчества, Красная звезда, 2.10.1982
Искусство постижения красоты, В. Бернадский, Вечерняя Алма-Ата, 22.09.1982
Главная роль, Советская культура, 4.07.1982
Завещаю векам, Александр Колесников, Комсомолец Кубани (Краснодар), 22.04.1982
Встречаясь взглядом с Лениным, Георгий Капралов, Литературная Россия, 12.02.1982
Перед бессмертием, М. Строева, 20.01.1982
Великая наука побеждать, Н. Потапов, Правда, 12.01.1982
Так победим!, Инна Вишневская, Вечерняя Москва, 5.01.1982
Наши интервью. Александр Калягин, Театральная Москва, № 20, 1982
Завещаю грядущему, Андрей Караулов, Советская Россия, 31.12.1981
Вечера с Мольером, Б. Галанов, Литературная газета, 16.12.1981
Смех и слезы Мольера, Николай Путинцев, Московская правда, 13.12.1981
Тартюф, Оргон и другие, Н. Шехтер, Комсомольская правда, 20.11.1981
Тартюф сбрасывает маску, В. Широкий, Советская культура, 13.11.1981
«Мышеловка» для Тартюфа, В. Фролов, Вечерняя Москва, 27.10.1981
Сражение в доме Оргона, Н. Лейкин, Литературная Россия, 23.10.1981
Страстное слово театра, Г. Островская, Красное знамя (Владивосток), 8.07.1981
Удовольствие для души?, В. Дубков, Молодой дальневосточник (Хабаровск), 23.06.1981
Стремлюсь к неожиданному, Советская Россия, 14.01.1981
Наедине с вами, Советская культура, 16.12.1980
«Классика — школа добра», Литературная Россия, 30.11.1979
Верить в свое призвание, Ленинградское знамя, 27.05.1979
Иштван Хорваи: Счастливая встреча, Советская культура, 18.05.1979
Две премьеры, Инна Вишневская, Вечерняя Москва, 23.04.1979
Всего четыре часа?, Екатерина Кеслер, Социалистическая индустрия, 27.03.1979
Работа Калягина, Молодой коммунар (Тула), 5.08.1978
В кино и в театре, Магнитогорский рабочий, 5.07.1978
Правда бывает только одна, Андрей Караулов, Строительная газета, 16.12.1977
Вина и беда Игната Нуркова, Александр Свободин, Литературная газета, 30.11.1977
Заседание парткома продолжается?, Григорий Цитриняк, Литературная газета, 5.10.1977
А что впереди?, Эльга Лындина, Московский Комсомолец, 16.06.1977
Познай самого себя, Н. Толченова, Литературная Россия, 11.02.1977
Современно о современниках, Роберт Стуруа, Заря востока (Тбилиси), 17.04.1976
Глубина правды, Виктор Комиссаржевский, Советская культура, 4.11.1975
Протокол откровения, В. Харитонов, Известия, 24.10.1975
«Заседание парткома», Т. Владимирова, Вечерняя Москва, 14.10.1975
Два дебюта, Е. Борисоглебская, Московский Комсомолец, 16.05.1974
Человек и дело, Лариса Солнцева, Советская культура, 29.03.1974
Театральный разъезд, Виктор Комиссаржевский, Известия, 29.06.1973
«Старый новый год», М. Строева, Вечерняя Москва, 28.06.1973
Найди силу в себе, А. Бочаров, Комсомольская правда, 15.06.1973
Увеличивающее стекло?, Ольга Кучкина, Московский Комсомолец, 9.06.1973
Многоуважаемый зеркальный шкаф?, Галина Кожухова, Правда, 25.05.1973
Олег Ефремов: «Люблю рабочую среду», А. Галин, Социалистическая индустрия, 1.03.1973
Хроника жизни одного цеха, Александр Свободин, Комсомольская правда, 27.01.1973
Очистительная сила огня, Н. Лейкин, Литературная Россия, 12.01.1973
Помни о человеке, М. Строева, Вечерняя Москва, 5.01.1973
Второе знакомство, С. Овчинникова, Московский Комсомолец, 9.12.1969
На сцене — польская драматургия, Вечерняя Москва, 22.11.1969
«Только телеграммы», М. Руссов, «Вперед» (Загорск), 19.10.1968
Надежды и разочарования Уингфилдов, Н. Абалкин, Правда, 4.06.1968
Человек и революционер, Владимир Пименов, Литературная Россия, 9.02.1968
Маяковский на Таганке, Б. Галанов, Литературная газета, 14.06.1967
Победа поэзии, Виктор Шкловский, Известия, 8.06.1967
Послушайте. Маяковский, В. Фролов, Советская культура, 30.05.1967
Идет дознание?, Юрий Айхенвальд, Московский Комсомолец, 2.03.1967
Спор о современнике, Т. Шароева, Вечерний Тбилиси, 7.07.1966
«Только телеграммы», «Заря Востока» (Тбилиси), 7.07.1966
«Жизнь Галилея», Инна Вишневская, Вечерняя Москва, 13.06.1966
Испытание разумом, Н. Лордкипанидзе, Приложение к «Известиям» «Неделя», 28.05.1966
В поиске, Я. Варшавский, Вечерняя Москва, 18.06.1965
Это время гудит телеграфной струной…, Б. Галанов, Литературная газета, 22.04.1965
Слова Ленина обновляют театр, Виктор Шкловский, Известия, 17.04.1965
Стая молодых набирает высоту?, Григорий Бояджиев, Советская культура, 3.04.1965
С оголенным нервом, Ольга Нетупская, Планета Красота
О некоторых загадках…, Ольга Нетупская, Планета Красота
«Похождение» в Таллине, «Новости культуры» (ТК «Культура»)
Планета Калягин, Юлия Маринова, Домовой
Калягин предлагает жить дружно, Григорий Заславский, Сайт Театральное дело Григория Заславского
Фарс написан, фарс и поставлен, Мария Львова, Вечерний клуб
Надо уметь вопить от боли, Марина Багдасарян, Время МН
Подлец? Кто подлец?, Александр Соколянский, ОБЩАЯ ГАЗЕТА
ПОЗДНИЙ РЕАБИЛИТАНС РЕАЛИЗМА, Марина Райкина, Московские новости
Из последних сил, Элина Мосешвили
Отцы и дети, Нина Агишева
Эти славные психи, Нина Агишева
Андрей Житинкин дописывает Томаса Манна, Сергей Веселовский, Москва театрально-концертная
Смерть в стиле кантри, Елена Ямпольская, Русский курьер
., Наталия Колесова
Антисказка, Агнешка Сыновска, Шекспировская газета
Еврей и христианин, Юстыня Сверчинька, Шекспировская газета
Месть Шейлока, Беата Лентас, Шекспировская газета