РЕКТОР ШКОЛЫ-СТУДИИ МХАТ — ИГОРЬ ЗОЛОТОВИЦКИЙ

Адрес: Тверская улица, дом 6, стр. 7.
Телефоны: +7 495 629-39-36 (учебный отдел)
+7 495 629-32-13 (ректорат), + 7 495 629-86-56 (касса)
E-mail: public@mxat-school.ru

| мрак народа |

Мрак народа

Олег Зинцов, Русский курьер, 1.02.2005
Режиссер Роман Козак и хореограф Алла Сигалова решили пересказать повесть Андрея Платонова, вероятно, самым верным способом. Если уж переводить эту прозу в действие, то удобней всего — на язык пластических образов. Другое дело, что в спектакле «Джан» этот язык удручающе беден.

Нельзя, впрочем, сказать, что спектакль, сыгранный на тесной сцене филиала Театра им. Пушкина, не передает настроения, а отчасти даже ритма и страсти платоновской прозы. Но он, конечно, меняет ее масштаб и рассказывает пусть похожую, но все-таки другую историю. 

Назар Чагатаев, главный герой повести, спасает от вымирания вымышленный народец, называющий себя «джан» (что по-туркменски означает «душа, которая ищет счастья»). Один из многих вариантов платоновской утопии, этот сюжет прошит мерцающей любовной линией и, в отличие от более знаменитых и страшных «Котлована» или «Чевенгура», дает отличные возможности для лирической аранжировки — чем, вероятно, как раз и привлек Романа Козака и Аллу Сигалову. Их «Джан» — не пластический эквивалент немыслимого синтаксиса Андрея Платонова, а скорее попытка перевести его прозу на доступный язык танцевальной love story. Проблема в том, что индивидуальная любовь возможна у Платонова только как часть всеобщего будущего счастья, и потому ради скорейшего наступления коммунизма должна быть не только отсрочена, но и переадресована: например, как в «Джан», от матери к дочери, в которой будущего заведомо больше. Роман Козак и Алла Сигалова точно чувствуют, что воспаленный и одновременно целомудренный платоновский эротизм имеет отношение не столько к индивидуальному, сколько к «коллективному» телу. Но переносят это коллективное тело из пространства утопии в пространство архаики, где человеческая чувственность еще не выделена из мира природы, где «женское» — это, собственно, природа и есть.

В практическом театральном смысле такой поворот сюжета надо понимать как бенефис танцовщицы Аллы Сигаловой, чья роль в программке обозначена местоимением «Она». Это и беременная Вера, которую встречает в Москве Назар Чагатаев, и ее дочь Ксеня, и старая мать Назара Гюльчатай, и девочка Айдым из народа джан. А еще «Она» — и колючка в степи, и орел, напавший на умирающего от голода героя, и верблюд, чьим мясом было трудно питаться Назару, потому что «это печальное животное тоже казалось ему членом человечества». И как бы хорошо ни работал играющий Назара Александр Матросов, и сколько бы ни менял голос, одежду и выражение лица Илья Барабанов, единолично изображающий весь народ джан, на маленькой сцене, застеленной восточными коврами, энергетическим центром всегда оказывается Алла Сигалова с яростно горящими глазами и неизменно экзальтированной пластикой.

Верблюд ли, скрюченная старуха или даже сухое перекати-поле в ее исполнении превращаются в сгустки энергии, которая, кажется, никак не может найти точное пластическое выражение. Фантазия хореографа Аллы Сигаловой слишком явно уступает ее темпераменту, и оттого все разнообразные проявления женской природы сводятся в спектакле к двум образам, которые авторами вряд ли задумывались. Когда Сигалова показывает эротическую сцену, кажется, что ее задача — изобразить то самое мифическое существо, которое в Средние века называлось суккубом, принимало женское обличье и, являясь по ночам монахам, соблазняло их на что-нибудь богопротивное. В иных же сценах существо это представляется болезненным видением, которое являлось учителю Передонову из романа Сологуба «Мелкий бес» и называлось недотыкомкой. Но может быть, яростная Алла Сигалова так и хотела: превратить платоновскую утопию в однообразное дурное наваждение. Чтобы на этом фоне настоящей мечтой казалось простое человеческое счастье, обретенное Назаром в финале, когда он возвращается в Москву, чтобы держать за руку юную Ксеню и кататься с ней на трамвае.
Заметка о любви, Театрон, 14.09.2015
Маска из глины, Start Up СТД РФ, 13.02.2015
Молчание — это уже движение, Алена Карась, Российская газета, 26.02.2014
Вне контекста, вне времени, КоммерсантЪ, 12.12.2013
«Я ненавижу комплименты», Лариса Каневская, Новые известия, 25.10.2013
Шалости гормонов, Майя Крылова, РБК-Daily, 10.10.2013
«Окончательный монтаж» Pink Floyd, Московский комсомолец, 9.11.2012
С песней шагом, шагом, Анна Гордеева, Московские новости, 11.04.2012
Премьеры января, Елена Дьякова, Новая газета, 15.01.2007
Карма Кармен, Майя Крылова, Независимая газета, 10.01.2007
Истина — в пузырьке, Алексей Аронов, Михаил Гуревич, Известия, 9.01.2007
Про это, Итоги, 8.01.2007
Многоуважаемый гардероб, Наталия Каминская, Культура, 28.12.2006
Бежит, кричит и рычит. .., Анна Гордеева, Время новостей, 26.12.2006
СТРАСТИ В ЧЕРНЫХ ЛОПУХАХ, Дина Годер, Газета.ру, 25.12.2006
Эмма — это Алла, Олег Зинцов, Ведомости, 25.12.2006
Театр имени Пушкина поднял Флобера, Роман Должанский, Коммерсантъ, 25.12.2006
Те, кто выжил, Анна Гордеева, Время новостей, 24.10.2006
«Джан», Павел Подкладов, НИГ Культура, 8.02.2005
Мрак народа, Олег Зинцов, Русский курьер, 1.02.2005
Четыре причины, Александр Соколянский, Ведомости, 1.02.2005
И ПЛАТОНОВ УЗОРНЫЙ ДО БРОВЕЙ, Новая газета, 31.01.2005
Алла Сигалова станцевала верблюда, Марина Шимадина, Коммерсантъ, 29.01.2005
«Действующие лица», Марина Багдасарян, Радио Культура, 19.01.2005
Феллини не ночевал…, Роман Должанский, Коммерсант, 24.03.2004
АНТИВОЕННАЯ ТАЙНА МАЛЬЧИША БУМБАРАША, Екатерина Шакшина, Вечерний Екатеринбург, 3.09.1993
ИСТОРИЯ С БУМБАРАШЕМ, Галина Брандт, На смену, 25.08.1993
СНОВА БУМ-БА-РАШ?, Ольга Егошина, Независимая газета, 25.06.1993