РЕКТОР ШКОЛЫ-СТУДИИ МХАТ — ИГОРЬ ЗОЛОТОВИЦКИЙ

Адрес: Тверская улица, дом 6, стр. 7.
Телефоны: +7 495 629-39-36 (учебный отдел)
+7 495 629-32-13 (ректорат), + 7 495 629-86-56 (касса)
E-mail: public@mxat-school.ru

| игорь золотовицкий о своем первом курсе и не только |

Игорь Золотовицкий о своем первом курсе и не только

OpPeople, 19.09.2014
В этом году в Школе-студии МХАТ новый курс набирал Игорь Яковлевич Золотовицкий. Его бывшая абитуриентка, Ульяна Лукина, не попавшая в свое время к мастеру на курс, но работавшая с ним в кино, уже будучи профессиональной актрисой и режиссером выловила нового ректора школы-студии в кабинете и поговорила с ним об абитуриентах, режиссерах и совести.

Сейчас у Вас происходит набор курса. Какие они — новые абитуриенты?
Потрясающие! У меня какое-то хорошее ощущение, хотя, может, конечно, оно обманчивое, и я желаемое выдаю за действительное. Интонация у абитуриентов меняется. Мне кажется, мы по-другому общались, в нас было меньше свободы, мы были более зажаты. Нельзя сказать, что хамят нынешние, но дистанция становится ближе. У нас была больше дистанция. Есть очень талантливые ребята, но немножко чудики. И я понимаю, что в жизни их никогда не распределю, и они будут без театра. В театре — только конкуренция. Как реклама — двигатель торговли, так в театре конкуренция — двигатель таланта.

Чудаковатость, сумасшествие, как понять — где грань? Бывает ведь, что абитуриент волнуется и…
С опытом замечаешь. Бывают эмоциональные, одарённые, но уже «на грани»… Вот у тебя тоже на грани было! Одна так заплакала — она уже третий год поступает, и я ей сказал что я её беру. А ей уже 21. Она очень хорошая.

Оскар Уайльд говорил, что трагедия всей жизни в том, что с каждым годом наша душа молодеет, а тело стареет! Парадокс!
А ты умная оказалась, ещё помимо того, что ты рыжая. Мне нравится монолог у Гришковца в «Доме» по этому поводу: «Мне 50 лет.. а я ещё ого-го… А все те радости, которые нужно пройти… я уже прошёл. И что получается?… Тупик?» Формулировка отличная, всегда хочется ощущения нового. Я не могу осознать, что мне завтра исполнится 53 года. Начну праздновать на даче в 2 часа ночи, когда наши начнут играть с Южной Кореей. А главное, у Капелло тоже день рождения… и у Пола Маккартни. Я был похож на него в молодости… Андрей Кнышев делал передачу «Весёлые ребята» в 80-е годы, и там мы снимали репортаж, что мы родные братья с Полом Маккартни. Он — Павлик Макаров, которого мы в Великобританию заслали. Мы с мамой передаём привет и понимаем, что он не может выбраться сюда из-за того, что у него очень много дел. А потом приходили письма с вопросом: «Это что, действительно так?!»

Вы работаете с разными режиссёрами, есть, по вашему мнению, качества, которые необходимы актёру для работы в театре? Какие это качества?
По возможности не быть капризным, по возможности… Никто не знает, какой получится спектакль, но если мы берём талантливого востребованного режиссёра, конечно, надо доверять ему, а это очень сложно. Особенно с опытом, ты начинаешь больше доверять себе. А если у тебя ещё и что-то получалось или какая-то известность у тебя — точно больше к себе и меньше к режиссёрам доверие. В этом проблема. Надо доверять, даже если ты чувствуешь, что это не твоё и тебе «неудобно». Надо сделать так, чтобы тебе было хорошо от того, что «неудобно». Это очень трудно. Всего боишься, конечно же. Вот сейчас пьяных (спектакль «Пьяные», МХТ совместно с ТЦ Мейрхольда) выпускали, и я очень признателен Рыжакову. А ведь я отказывался, потому что мне казалось, что очень много необязательного мата. Но он всё придумал в такой системе координат, что получилась очень содержательная чистая клоунада. И потом, репетиции должны быть в радость. Я был избалован, мы всегда с друзьями работали, потому что Ефремов сказал: «У вас не будет ролей, не ждите», — и мы не ждали. Я потому и говорю, что вашему поколению надо тоже собираться. Вот Молочников молодец! «1914» мне очень нравится. И хорошо, что его все так поддерживают. Собираться чаще и выходить в астрал!

Как надо строить свое общение с режиссёром?
Все по-разному. На первой репетиции Бутусов сказал нам (репетиция пьесы «Иванов»):
— А давайте сыграем первый акт.
— Как сыграем?
— Ну вы же все пьесу знаете?
Вышли и играли. И не важно, какие мизансцены. Если что-то забыли — от себя. Бросает тебя. Главное, идти с открытым забралом. Банально, конечно же, но в любви рождаются большие спектакли. В основном это так.

Есть ли материал, которым бы Вы хотели заняться?
Я хотел бы Довлатовым заняться. Серьёзно. Он мне очень близок. Да он всем близок, это его природа таланта. Он, как и Гришковец, очень просто говорит о важных вещах. Про любовь, про ревность, про измену, про родину, про талант, про ненависть. Это свойство очень одарённых людей. Просто говорить о главном — очень сложно. Сделать какую-то чтецкую программу. Я вот не знаю стихов наизусть практически. Знаю отрывки… Это вот какое-то неправильное свойство моей памяти, то есть я могу за 5 минут выучить лист текста и пойти в кадр, но через 5 минут я его забываю. Близкая память. Жёсткий диск уже не свежий…

Есть такое произведение Гроссмана «Жизнь и судьба», где профессор Штрум был поставлен перед выбором — подписать или не подписать бумагу. Когда оказываешься перед выбором поступиться своими принципами и не страдать или наоборот, как нужно поступить?
Я не могу осуждать людей, которые отвечают за большое количество судеб, они, в данном случае, подписывают какие-то письма вопреки своей совести. Я понял для себя, что я в нашей стране не буду ничего подписывать ни «за», ни «против». Я уже 8 лет не курю…. За 8 лет мне первый раз хотелось курить, когда мне позвонили и сказали, чтобы я подписывал, а я сказал, что не хочу и не буду. Я не могу осудить тех людей, кто подписал, потому что их «прессанули» так, что они не могли не подписать. Конечно, это будет висеть над ними всегда. Один мой друг сказал, что он один раз подписал, и ему хватило до конца дней. Тоже урок. Даниил Гранин недавно где-то сказал: «Совесть никто не отменял. Это понятие — оно материализованное. Оно есть». Конечно же, никто не скажет про себя, что он подлец. Все мы говорим про себя, что мы порядочные люди.

Сейчас такое происходит с Украиной, ничего не поймешь. Я звонил тут своему другу в Севастополь, а попал в Херсон. А Херсон — это Украина. И там мне человек кричит:
— Ну что-о? Вы из Москвы?!
 —Тихо, тихо, я ошибся номером. Почему надо на меня кричать? Вы же не знаете мое мнение по этому поводу.
А дядька такой, если выпивший, то совсем немного.
— А вот у меня мать русская, а отец украинец. Что мне делать?!!
— Почему вы на меня кричите? Вы же не знаете… Вас как зовут?
— Меня зовут Сергей! (кричит)
— А меня зовут Игорь. У меня друг в Севастополе, я ему звонил, у Вас что, нет друзей в Севастополе?
— У меня есть друзья.
И вдруг он начинает плакать с той стороны, по телефону.
— Что мне делать, у меня сы-ы-ын! Он что, должен воевать против меня?
— Да не должен никто воевать! В том-то и дело.
Мы, не разбираясь, начинаем огульно ненавидеть друг друга. Я говорю:
— Вы же меня не знаете, не знаете, как я выгляжу. У меня мама с Украины, во время войны училась говорить по-русски. Она на украинском языке говорила в детстве.
Он потом в конце сказал:
— Вы меня извините, просто у нас тут полная жопа.
Как только дело касается нации, так с людьми что-то происходит. Я думаю, это просто XXI век такой. Мы с папой приезжали в 70-е годы в Абхазию, никто не спрашивал, евреи мы или русские. Мы дикарями останавливались в какой-то комнатке. Через полчаса папа готовил плов, грузины готовили что-то своё. Все сидели.

У моей Веры (супруга, кинорежиссёр, Вера Харыбина) был фильм сейчас на ММКФ «Спроси меня». Фильм про то, о чём мы говорим. Мне чуть-чуть вербатим (документальный театр, прим. ред.) этот поднадоел, но там другой ход сделан. Никто не понимает, что это третий курс ВГИКа, все думают, что это реальные люди. У нас оператор, друг, снимал с нами «Севастопольские рассказы», он просто хотел пойти поучить ребят как перед камерой существовать. И они вышли на такой «кино-вербатим».

Но, знаете, мы все цитируем Станиславского: «Надо идти от себя». А он говорил: «Надо идти от себя и как можно дальше!» То есть это ты и ещё кто-то. Вот «ещё кто-то» мне всегда не хватает — в этом профессия. 
«Побеждает разум, а не мракобесие», Иркутский репортер, 30.06.2015
На московскую сцену можно подняться в Иркутске, Телекомпания „Аист“, Иркутск, 25.06.2015
Дифирамб с Игорем Золотовицким, Ксения Ларина, Эхо Москвы, 8.03.2015
Актёры – люди зависимые, Аргументы недели, 29.10.2014
Дифирамб Игорю Золотовицкому, Ксения Ларина, Эхо Москвы, 12.02.2011
Осчастливили, Елена Сизенко, Итоги, 4.06.2007
Очень хороший капиталист, Наталия Каминская, Культура, 25.12.2003
Торгующие во МХАТе, Роман Должанский, Коммерсант, 18.12.2003
Табаков и Зудина принесли последнюю жертву, Артур Соломонов, Газета, 17.12.2003
Снежное шоу, Елена Ямпольская, Русский курьер, 17.12.2003
Троянский конь и другие, Алиса Никольская, Театральная касса, 12.2003
Пятки Ахиллеса, Ирина Леонидова, Культура, 16.10.2003
Взятие МХАТа, Екатерина Васенина, Новая газета, 16.10.2003
Искренность важнее профессии, Григорий Заславский, Независимая газета, 14.10.2003
Утомленный Икар, Алена Карась, Российская газета, 8.10.2003
Мы еще повоюем, Александр Соколянский, Время новостей, 8.10.2003
Мифология в песочнице, Роман Должанский, Коммерсант, 8.10.2003
Кому нужен Троянский конь?, Светлана Осипова, Московский комсомолец, 8.10.2003
Евгений Гришковец в «Осаде», Светлана Осипова, Московский комсомолец, 22.09.2003