РЕКТОР ШКОЛЫ-СТУДИИ МХАТ — ИГОРЬ ЗОЛОТОВИЦКИЙ

Адрес: Тверская улица, дом 6, стр. 7.
Телефоны: +7 495 629-39-36 (учебный отдел)
+7 495 629-32-13 (ректорат), + 7 495 629-86-56 (касса)
E-mail: public@mxat-school.ru

| «система станиславского — театральная таблица менделеева» |

«Система Станиславского — театральная таблица Менделеева»

Алла Шевелева, Известия, 13.11.2013
Одному из старейших театральных вузов России Школе-студии МХАТ в этом году исполняется 70 лет. Накануне празднования новый ректор легендарной школы Игорь Золотовицкий рассказал корреспонденту «Известий» о сегодняшней жизни студии. 


— 70 лет для театрального вуза — это много или мало?


— Мне как раз вчера в телефонном разговоре Сергей Юрьевич Юрский шутливо сказал, что 70 лет — это не юбилей. С другой стороны, для такого культового вуза, как Школа-студия МХАТ, каждое десятилетие — дата. Школа возникла в 1943 году, в разгар войны. Указом Верховного главнокомандующего людей, имеющих талант и желающих учиться, освобождали от фронта, представляете?


Мой педагог Виктор Карлович Монюков, фронтовик, был выпускником того самого первого курса. На нем же учился фронтовик Михаил Иванович Пуговкин. Сама история дает основания относиться к этой дате как к большой. Легендарные выпускники студии определяют лицо кино и театра нашей страны. И для меня вдвойне ценно, что я встречаю 70-летний юбилей своей alma mater в качестве ректора.


— Вы успели свыкнуться с новой должностью?

— Банально говорить, что 30 лет назад, когда я окончил Школу-студию, мне и в голову не могло прийти, что так случится. Меня пригласил преподавать мой учитель Авангард Леонтьев, его в педагогику привел Олег Табаков. Так и должно быть. Потому что театральная педагогика передается из уст в уста. Мы начинаем волноваться, когда в какой-то момент на дистанции 5–7 лет не видим молодых педагогов.


Это значит, возник пробел, а молодая кровь важна и нужна. Ректором театрального вуза не может быть чиновник, приглашенный со стороны, это должен быть человек из театра. Это гармонично и правильно, хотя от неудачи никто не застрахован.


— Отношение коллег в связи с вашим назначением поменялось?

— Я счастливый человек, всю жизнь работал в театре с друзьями. Когда-то вместе с Димой Брусникиным, Ромой Козаком, Сашей Феклистовым, Сергеем Земцовым мы принимали участие в создании Театра-студии «Человек». Я учу ребят, что важно не формально сдружиться, а чтобы была компания для продолжения профессии. Конечно, в театре встречаются талантливые одиночки, но все-таки это такое место, где одними моноспектаклями не отделаешься. Очень важно, кто тебя окружает.


Я только начинаю разбираться в проблемах, и ко мне, как к другу, часто заходят. Конечно, на таком посту возрастная и социальная дистанция выгодна. А когда ты для всех друг и со многими начинал, то к тебе идут, как к другу, со своими проблемами. Даже с теми, которые можно было бы попытаться решить самостоятельно. На меня надеются, и я стараюсь не подвести.







— О каких проблемах идет речь?

— Мы живем в неспокойное время, когда у государства постоянно меняется взгляд на культуру. Театрам, музыкальным коллективам и всем учреждениям культуры не хватает финансирования, и наш вуз не исключение. С одной стороны, он находится в лидирующей позиции (что является заслугой предыдущего ректора Анатолия Смелянского), с другой — мы должны выискивать внебюджетные средства, искать людей, которые нам бы помогали.


Конечно, мне бы хотелось, чтобы педагоги получали больше. Если убрать грант от президента и внебюджетные средства, полная ставка педагога — 8 тыс. рублей. Все педагоги, работающие в Школе-студии, — это действующие актеры, режиссеры, продюсеры, художники по костюмам и так далее, деньги они получают в других местах, но всё равно их зарплата должна быть достойной. Как убедить государство, что у нас не поток, не конвейер, что мы выпускаем штучный товар?


Еще одна проблема школы-студии — нам тесно. Наш учебный театр — уютный, родной — создавался в другие времена и не соответствует сегодняшнему времени, хотелось бы иметь современную театральную площадку для дипломных спектаклей. Сейчас всё так быстро развивается, что нас это ни в коем случае не устраивает. Поэтому мы выискиваем возможности играть в других театрах — в театре «Практика», в боярских палатах Союза театральных деятелей и на площадке Центра им Мейерхольда, которым руководит режиссер-педагог (профессор) Школы-студии Виктор Рыжаков. Спасибо всем, кто нам помогает в этом, но нам хочется, чтобы у нас был свой современный театр. И моя задача как ректора постараться решить эту насущную для нас проблему.


— Насколько применимо сегодня на практике наследие МХТ, знаменитая«Система Станиславского»?

— Система Станиславского — это театральная таблица Менделеева. Как бы ни развивалась химия, а таблица Менделеева до сих пор висит как в кабинетах нобелевских лауреатов, так и в школьных кабинетах химии. Конечно, время стремительно меняется, никто сегодня не говорит с интонацией даже 10-летней давности. Актерская игра легендарного МХТ сегодня кажется оперой, они почти поют текст, но это не отменяет систему координат Станиславского: «Вижу, слышу, реагирую».

— Как вы относитесь к критике театрального образования?

— Очень ревностно к этому вопросу отношусь. Прошу назвать фамилии людей, которые, на взгляд ругающих, недостаточно развиты интеллектуально и профессионально. И никто не называет. Все любят огульно ругать. Например, говорить, что наше образование устарело. Хотя мы стараемся, чтобы у нас преподавали театральные практики на всех факультетах. Я сам являюсь артистом МХТ и играю на сцене с человеком, перевернувшим актерскую интонацию, — Женей Гришковцом, чьи произведения ни в коем случае не противоречат Станиславскому, Вахтангову и Мейерхольду. Это живое сегодня.


— Какие чувства вызывают у вас выпускники, которым приходится выходить на сцену и произносить табуированную лексику?

— Я не ханжа, из простой семьи, иногда сам на этом языке разговариваю. Это прекрасный язык, сочнее его в жизни нет, если только это не грязно и не пошло. Русский мат заставляет меня краснеть, когда на нем ругаются иностранцы, потому что они говорят не о понятиях, как русские, а подразумевают конкретные предметы.


Но мат на сцене меня корежит. У нас в МХТ имени Чехова был спектакль «Изображая жертву», где присутствовал мат. И Кирилла Серебренников осенило, что нужно оставить в этой пьесе только один монолог милиционера, который блестяще произносит Виталик Хаев. Мат неуместен, если он не имеет смысла. Но, как правило, русский театр всегда рассказывает про какую-то болячку. И иностранцев это всегда поражает.


Когда я репетировал с американскими студентами, учил их: «Что бы вы ни репетировали, нужно найти в роли болевую точку». Они начинали переспрашивать, я повторял, указывая на сердце: «Мне вот здесь больно, потому что что-то не получается или в стране что-то происходит». Для них это было открытием. Некоторые мне отвечали: «Зачем? Я не люблю, когда мне больно. Я пришел заниматься театром ради удовольствия». Это точно не про наше восприятие миссии театра.
Высокий средний уровень, Русский репортер, 29.03.2017
«Побеждает разум, а не мракобесие», Иркутский репортер, 30.06.2015
На московскую сцену можно подняться в Иркутске, Телекомпания „Аист“, Иркутск, 25.06.2015
Дифирамб с Игорем Золотовицким, Ксения Ларина, Эхо Москвы, 8.03.2015
Актёры – люди зависимые, Аргументы недели, 29.10.2014
Дифирамб Игорю Золотовицкому, Ксения Ларина, Эхо Москвы, 12.02.2011
Осчастливили, Елена Сизенко, Итоги, 4.06.2007
Очень хороший капиталист, Наталия Каминская, Культура, 25.12.2003
Торгующие во МХАТе, Роман Должанский, Коммерсант, 18.12.2003
Табаков и Зудина принесли последнюю жертву, Артур Соломонов, Газета, 17.12.2003
Снежное шоу, Елена Ямпольская, Русский курьер, 17.12.2003
Троянский конь и другие, Алиса Никольская, Театральная касса, 12.2003
Пятки Ахиллеса, Ирина Леонидова, Культура, 16.10.2003
Взятие МХАТа, Екатерина Васенина, Новая газета, 16.10.2003
Искренность важнее профессии, Григорий Заславский, Независимая газета, 14.10.2003
Утомленный Икар, Алена Карась, Российская газета, 8.10.2003
Мы еще повоюем, Александр Соколянский, Время новостей, 8.10.2003
Мифология в песочнице, Роман Должанский, Коммерсант, 8.10.2003
Кому нужен Троянский конь?, Светлана Осипова, Московский комсомолец, 8.10.2003
Евгений Гришковец в «Осаде», Светлана Осипова, Московский комсомолец, 22.09.2003